В этом томе серии романов "Истории молодого человека XIX столетия" мы намеренно помещаем произведения, не равные по достоинству, но чрезвычайно показательные, в силу того, что одно начинает собою предысторию молодого человека, а другое является как бы завершением первоначального характера этого исторического типа. Мы видим начало и завершение одной и той же темы: молодой герой не находит выхода из того тупика, в который привела его трагедия чисто личного порядка. Любовь, героизм, служение национальной идее, цельность и гармоничность мироощущния - все заканчивается тупиком, и узел неразрешенных проблем разрубает, как лезвие, "самая неразрешимая из проблем - смерть", и самым последним отзвуком европейского вертеризма является "Фаустино", написанный через 100 дет после "Вертера".