`Взявшись за перо, я ничего не собирался `описывать` - я пытался остановить не мгновение, а значительность, укрывшуюся в нем`, - пишет автор. И прожитая, проживаемая жизнь низвергается на читателя потоком настоящей, стилистической полной прозы, где все вместе: низкое и высокое, жизнь тела и жизнь духа, быт и духовность. Но жизнь героя - как, впрочем, и нашу с вами - осеняет своим крылом любовь.