...Он приблизился к бочкам. Здесь ягоды винограда,по его разумению,отдавали душу. Отдавали в сок,которому вскоре суждено стать вином. Превращение солнечных ягод в солнечный напиток по имени вино ему казалось великим чудом и таинством,и сейчас у него впервые появилась возможность присутствовать при чуде и таинстве. Взяв в руки шест,Коля медленно начал круговорот ягод,внюхиваясь и вглядываясь. Как вдруг ощутил сильный толчок. Он хотел обернуться,увидеть того,кто пихал его в спину... Новый толчок пришелся на затылок и погрузил его лицо в бочку. Коля захлебнулся,попытался выпростать лицо из виноградной жижи и сказать идиоту-шутнику все,что он о нем думает... Но в этот момент его ноги оторвались от пола,голова неумолимо пошла ко дну бочки,и ягоды,- самые прекрасные ягоды,которые только была способна породить земля,- поглотили его тело целиком. Легкие наполнил виноградный сок - едва забродивший,пряный,смертельный. Его больше никто не толкал,но Коля об этом уже не узнал. Он умер.
Марина Кудимова, Илья Тюрин: Погружение - Издательство ОГИ, Москва, 2003
Конец земной жизни для большинства художников рубежа, попавшего в зазор между двух столетий, означает забвение. Илье Тюрину, 19-летнему московскому поэту и мыслителю, забвение - то есть, непрочтение теми, от кого, увы, зависит публичное существование поэта, грозило скорее при жизни: от старших его отделяла бездна их самосохранной спеси, от сверстников - уровень достигнутой глубины. Ценой гибели Илья з...