"Я не ошибусь, если скажу, что он не мог бы жить без журналистики, так же как и журнали­стика не может обойтись без таких, как Владимир Чертков.
Ему все надо.
Мост через канал имени Москвы передвину­ли - он тут как тут.
Про Останкинскую башню все писали - от Пес­кова до Орлова, а он, Чертков, в этой башне увидел не железо и бетон, а Человека, который выносил ее, выстрадал и - построил. Правда, этот человек не клал кирпич в основу башни, но он весь в ней, так же как Циолковский весь в "Союзах", "Салю­тах" и луноходе, хоть он и не привинчивал ни одно?? гайки на их стартовых фермах.
Не пугайтесь этих якобы высоких строк. Когда речь идет о моем коллеге-репортере, мне всегда вспоминаются стихи А.Твардовского:
Я в скуку дальних мест не верю
И край, где нынче нет меня,
Я ощущаю как потерю
Из жизни выбывшего дня...
Радость и боль репортера - это радость и боль его героев. И если, прочитав эту книжку Владими­ра Черткова о делах и думах, страданиях и свер­шениях москвичей, вы хоть раз схватитесь за серд­це (а тогда вспомните его очерк "Главный прови­зор"), я буду думать, что предисловие к "Репор­тажу ?? моем современнике..." я написал не зря".

Павел Барашев, репортер.