Поэт, погибший в Гражданскую войну: трагичная, но вроде бы не удивительная участь. В жестоком противостоянии начала 1920-х годов могли иметь место и несправедливость, и ошибка, и классовая месть. Однако в судьбе Николая Гумилёва есть нечто неуловимое, выходящее за рамки повседневности той эпохи. Дело не в человеческой ситуации, приведшей к расстрельному приговору, не в масштабе таланта погибшего поэта. Складывается ощущение, что он, мужественный путешественник и доброволец Первой мировой, предчувствовал гибель и, может быть, принимал это ка?? свою неотвратимую, рыцарственную и жертвенную миссию. Он всегда отстаивал ясность поэтического слова; но непостижимой тайны исполнены строки из его последней киши "Огненный Столп": "Я - угрюмый и упрямый зодчий Храма, восстающего во мгле..."