Два романа Елизара Мальцева, составившие этот двухтомник, - словно два устоя невидимого моста, переброшенного через поток времени шириною в двадцать лет. Навсегда разделенные этим потоком, они противостоят друг другу и, однако же, прочно связаны меж собой. Это противоречие определилось судьбой писателя, беспокойной, требовательной его натурой, а главное - все тем же потоком времени. Бегущие, изменчивые струи-годы оставили на каждом из романов свою печать - особые "приметы" времени, настолько отчетливые и характерные, настолько в каждом случае неповторимые, что оба мальцевских тома могут сегодня служить своеобразной иллюстрацией интереснейших качественных сдвигов, которые произошли за минувшие четверть века в жизни нашего общества, в развитии советской литературы и особенно в росте ее "колхозно-деревенской", едва ли не самой могучей ветви.